"Польша не заграница"
 



Родина Коперника и Шопена веками не только раздражала, но и притягивала русских, детей страны бескрайних просторов и великой литературы. Не раз из-за завихрений истории представители народа Пушкина и Лермонтова были вынуждены искать новый дом именно в крае на Висле.

Русскому, осевшему в нашей столице, раньше или позже попадает в руки «Русский Курьер Варшавы», единственный русскоязычный ежемесячник, выходящий в Польше.

– И самофинансирующийся, так как мы не пользуемся поддержкой никаких официальных организаций, - с гордостью подчеркивает Владимир Кирьянов, главный редактор газеты.

Для него приключения с Польшей начались еще в 1969 году, когда в молодежном лагере «Спутник» в Ереване он познакомился с Паулиной из Познани. По ее приглашению годом позже он впервые приехал в нашу страну. С тех пор почти ежегодно ездил к польским знакомым, а в 1988 году получил первое разрешение на временное пребывание. Это было время его активной работы в газетах «Московская правда» и «Вечерняя Москва». В 1991 году, в ответ на требования зарождающегося свободного рынка, он занялся изданием польской литературы в России и русской – в Польше.

Откуда взялся замысел издавать газету по-русски? - На

 Центральном вокзале я видел, как мои соотечественники пытаются вернуться домой на пригородном поезде, – рассказывает Владимир. - В 1991 году в Польшу из Советского Союза приезжали миллионы людей. Они не знали, как обменять валюту, как прокомпостировать билет, чтобы на «трассе смерти», как называли дорогу от Центрального вокзала до Стадиона Десятилетия, не заплатить штраф. Они нуждались в информации. И мы давали им газету, чтобы они знали, какие тут обычаи и вообще –. как тут действовать. Редактор растроганно вспоминает, как распространял первый тираж «Курьера»:

- Я взял пачку газет и пошел на верхнюю корону стадиона. Экземпляр стоил 20 грошей, но люди платили по-разному – один давал 10 украинских купонов, другой какую-нибудь игрушку, - рассказывает он. Подчеркивает, что газетой интересовались не только русские, но и граждане других государств бывшего Советского Союза...

Есть в Варшаве и Русская Община. Ее основатели, постоянно проживающие в ПНР (главную роль здесь играли поляки, которые кроме дипломов, привезли в Польшу и супругов) поставили перед собой цель интеграции и облегчения контактов между россиянами и людьми других национальностей, проживающими в Польше. Они хотели помогать и объединять соотечественников, чтобы те не только сохраняли российскую культуру, традиции и язык, но и популяризировали их, хотя бы передавая национальные ценности детям и внукам.

История внесла изменения в название организации, но ее благородные цели остались. Общество готовится к включению в международный процесс объединения россиян, то есть к членству в нарождающейся международной организации по примеру Полонии.

Однако, если в 1989 году в Обществе было около 130 членов, то теперь – только 60.

Лена Шпак родом из Москвы. Так же, как Валентина, приехала в нашу страну как жена поляка. Со своим будущим мужем она познакомилась в родном городе, куда он приехал учиться. Брак заключили в Москве, где прожили еще несколько лет перед тем, как переехать в Варшаву.

– Мы думали, что в Польше будет больше возможностей для развития, - говорит Лена. Она основательно взялась за изучение польского языка. Это у нее получилось так хорошо, что после окончания МBA часть ее дипломной работы была опубликована, и ей предложили заняться подготовкой кандидатской диссертации.

Несмотря на то, что она – жена поляка, Лена долго не имела права на работу в нашей стране. Она приехала с мужем в Варшаву в марте 1998 года, но в это время изменились правила, касающиеся иностранцев.

– В результате в 2001 году, когда я подала заявление о предоставлении мне разрешения на поселение и выдачи карты постоянного пребывания, то получила отказ.

Оказалось, что Лена не выполнила одного из условий, обязательного для получения согласия на поселение – нужно непрерывно находиться в Польше минимум пять лет.

– Оказалось, что в моем случае нельзя применить правила о воссоединении семей, которое требует более короткого, трехлетнего пребывания в Польше, так как оно касается исключительно семей иностранцев, а не поляков. Это какой-то абсурд. Жена китайца, постоянно проживающего в Польше, согласно этим правилам, получает право на поселение раньше, чем я, жена поляка, гражданина этой страны, - подчеркивает Лена. Более того, после вступления Польши в Европейский Союз, в результате адаптации законодательства к нормам ЕС, у поляков вместе с их иностранными семьями будет гораздо меньше прав, чем у семей граждан ЕС, находящихся в Польше. Прежде всего это касается права на труд.

Валерия Гексель приехала в Польшу в 1994 году, вместе с мужем-поляком. Познакомилась с ним в Москве, он изучал там химию. Они встречались пять лет, прежде чем приняли решение пожениться.

- Многие из знакомых уезжали за границу в поисках денег и счастья, - рассказывает Валерия. Семья Гексель выбрала Польшу, так как мужу Валерии легче было найти здесь работу. Валерия признается, что она боялась:

- Кроме «день добры», не знала тогда по-польски ни слова. Тратила кучу денег на звонки домой, маме и сестре. Но за три месяца научилась бегло говорить. Собственно, заставила ее ситуация. Ее дочка Агнешка часто болела, нужно было советоваться с врачом, как-то общаться.

– Один раз Агнешка снова заболела, а мужа не было дома. Я хотела вызвать врача, но сама не могла с этим справиться. Побежала к соседке, она не знала русского языка, а я не говорила по-польски. Это было ужасно, но закончилось хорошо.

Сейчас у Валерии есть в Варшаве любимые места, ее особое внимание привлекают некоторые здания. Свободное время она однако предпочитает проводить за городом. Например, ездит на святую гору Грабарку.. Почти двадцать лет в Варшаве – это позволяет Владимиру сделать некоторые обобщения.

– Насколько отношение к евреям и цыганам здесь традиционно отрицательное, настолько отношение к русским бывает переменчиво. В семидесятых годах я вообще не чувствовал ничего отрицательного, даже испытывал гордость. Когда после распада СССР Польша повернулась в сторону Запада, люди боялись быть тут русскими. Сейчас все успокаивается, и в прошлом году мы начали создавать клубы россиян в Польше: в Жешуве, Вроцлаве, Быдгоще.

Первый клуб – «12 стульев» (по названию романа Ильи Ильфа и Евгения Петрова) – появился в Варшаве два года назад. В отеле Яцека Твардовского на ул. Подскарбиньской вечером, в каждую первую пятницу месяца, собирается международное общество – кроме русских, там появляются армяне, грузины, поляки. Некоторые приносят с собой что-нибудь покрепче, все поют, танцуют и т.д..

По мнению Валентины, исчезновение Российского центра на ул. Фоксаль – это большой ущерб как для живущих в Варшаве россиян, их детей и внуков, которые были лишены библиотеки, места встреч, концертов, вечеров, так и для поляков, интересующихся российской культурой. Уже несколько лет зал для проведения заседаний правления и собраний Общества «Российская Община» предоставляет Общество сотрудничества «Польша-Восток».

– Без поддержки и помощи председателя ОСП-В Стефана Наврота нам было бы очень трудно говорить о какой-либо деятельности, - подчеркивает Валентина. Недавно она подняла вопрос о помещении для Общины на рабочей встрече в Мазовецком воеводском управлении: - В Мазовецком воеводстве зарегистрировано около 600 общественных организаций. Трудно ожидать чудес, но надежда остается. Я познакомилась с руководителями обществ других бывших республик СССР, у них такие же проблемы. Может быть, вместе нам удастся их решить.

Лена тоже занимается общественной работой. Несмотря на то, что в течение 5 лет она не могла работать, времени зря не тратила. Она посвящает свое время деятельности, которая могла бы привести к изменению правил, неблагоприятных для тех, кто тоже находится в подобной ситуации. Например, написала письмо уполномоченному по гражданским правам. Передала ему документы, которые получила, изложила свою ситуацию. Сотрудничество с уполномоченным и борьба против дискриминации проживающих в Польше семей польских граждан, состоящих в браке с иностранцами, продолжается. Лена начала изучать право.

– Я здесь ужу несколько лет и вижу, что мой муж плохо чувствует себя в собственной стране. Я его жена, а отношение ко мне как к кому-то нежеланному, - жалуется Лена. Однако она не думает о выезде из Польши:

- Жизнь здесь нелегка, но мне даже сны уже снятся по-польски. Моей целью стало изменение мышления властей: чтобы прежде всего они заботились о благе своих граждан. Валерию болезни дочери не только мобилизовали на быстрое изучение польского языка, но и позволили открыть в себе новые таланты. Агнешка хотела, чтобы мама рассказывала ей сказки.

– Когда я уже рассказала все, которые знала, начала придумывать собственные, - вспоминает Валерия. Чтобы скрасить дочке дни болезни, она лепила из пластилина фигурки героев придуманных сказок. Один раз, например, вылепила целый зоопарк. Замысел пригодился не только для дома. Сегодня Валерия – автор двух детских книжек, иллюстрированных фотографиями пластилиновых фигурок.

У нее нет постоянной работы. Какое-то время она ходила в школу керамики, где попробовала делать все – от замешивания глины до глазурей. Керамика стала ее хобби. Иногда она дарила знакомым подарки, сделанные своими руками, случалось, что что-то продавала, хоть Валерия неохотно расставалась со своими работами. Во время занятий керамикой она познакомилась с незрячими.

– Это был совершенно новый опыт. В таких ситуациях начинаешь ценить то, что имеешь, - объясняет Валерия.

Годами было много попыток создания в Варшаве настоящего российского ресторана. Кирьянов вспоминает, что только на ул. Фоксаль, где действовал Центр российской науки и культуры, такие попытки предпринимались пять раз. – Впрочем, все время что-то открывается и закрывается, потому что не так просто организовать настоящую российскую кухню. Она вобрала в себя многое из восточной кухни, хотя бы шашлык из баранины, которую поляки не очень любят. В Польше нельзя купить, например, соленых грибов, - с грустью говорит Владимир. – Недавно в Варшаве появился ресторан «Пушкин». Многие продукты доставляют прямо с московских рынков. Может, наконец, русские гурманы будут довольны.

Одной из основательниц «Пушкина» была Валерия.

– Там подают русские национальные блюда – осетрину, икру, пельмени, блины, квашеные овощи. Русские любят гостей, обильно их кормят, - рассказывает она. Недавно Валерия рассталась с рестораном «Пушкин», но уже разрабатывает новый проект. Не хочет говорить о подробностях, чтобы не сглазить.

За несколько лет в Польше Лена переняла часть здешних обычаев. Рождество празднует как польское – католическое, так и православное, которое приходится на 6-7 января.

– Праздники продолжаются у нас практически две недели, - смеется она. Ее дочь, 7-летняя Каролинка, воспитывается в двух культурах. Изучает оба языка. Родители сознательно послали ее в католический детский сад.

– Я мечтаю, чтобы Каролинка стала такой звездочкой, которая будет пропагандировать Россию в Польше. Может быть, через 10-20 лет отношения между нашими странами улучшатся, - надеется Лена.

– Я не выбираю людей по их национальной принадлежности, только по личности, - рассказывает Валя, когда мы спрашиваем, есть ли у нее друзья среди поляков. Русские, по ее мнению, более открыты, эмоциональны, что не всегда служит им хорошую службу. Поляки чаще подходят к делу со здравым рассудком, с большей дистанцией и так сильно привязаны к традициям, что это достойно восхищения.

– Стереотипы – обвешанная золотом крашеная блондинка или русский с золотыми зубами и в фуфайке - так популярные в Польше до недавнего времени, к счастью, уходят в прошлое, - говорит Валентина. По ее мнению, в этом помогают и новые россияне, которые останавливаются в дорогих отелях, дают щедрые чаевые. Обычные люди смотрят на жизнь сквозь призму своего бизнеса. И когда продавщица эксклюзивного магазина видит, как россиянка не моргнув глазом платит 1000 злотых за пару туфель или 2000 злотых за платье, история для нее не имеет значения.

Хоть на уровне межчеловеческих отношений Кирьянов не видит никаких проблем, в отношениях россиян с чиновничьей Польшей существует множество моментов, не облегчающих жизнь.

– Пригласили меня в Государственное агентство иностранных инвестиций и спрашивают, что изменить? Как это что? Законодательство. С 2001 года, например, действует закон, по которому россиянин, если даже он является членом правления собственного общества с ограниченной ответственностью, должен иметь разрешение на работу. В результате доходит до ситуаций, когда на должность председателя правления такого общества он вынужден искать безработного поляка, а если не найдет такого, то обязан сообщить о вакансии в воеводское управление трудовых ресурсов (WUP). Это маразм.

Очередное его проявление - то, что как иностранный журналист Кирьянов лишен медицинского и социального страхования.

– Когда работаешь на основании разрешения, выданного WUP, несмотря на то, что взносы взимает работодатель, через несколько лет они и так попадут в бюджет государства. В Германии в подобной ситуации спросят: «Выплатить Вам сумму полностью или с учетом пенсии?» - сетует Владимир. Хоть таких вопросов по поводу польского права немало, его 28-летний сын закончил экономический факультет Варшавского университета, а сам он почти все польские проблемы воспринимает как собственные.

Лена утверждает, что обычно поляки принимают ее скорее хорошо. Ее даже выбрали в правление жилищного сообщества, в котором она состоит. Более близкие контакты она поддерживает скорее только с московскими знакомыми со студенческих времен. Вместе с ней там училось много поляков. На учебе в Польше она не чувствовала к себе более плохого отношения, чем к другим.

Хоть помнит один неприятный случай:

- Один раз в аптеке я разговаривала с дочкой по-русски. Когда подошла моя очередь, и я хотела спросить, сколько стоит лекарство, аптекарша не захотела мне ответить.

Лена попросила позвать директора аптеки и пожаловалась на женщину, которая ее обслуживала. Перед ней извинились, но неприятное впечатление осталось:

- Мне кажется, что ко мне отнеслись так именно потому, что я разговаривала по-русски. А какое это имеет значение? Неужели русские чем-то хуже?

Дочь Валерии одновременно изучает польский и русский языки. В семье Гексель равноправно существуют обе культуры. Муж Валерии – католик, но костельного брака он не заключали. У Валерии хорошее мнение о поляках:

- Вы очень милые люди. По крайней мере мне всегда везло, поляки хорошо ко мне относились, - улыбается она. Но Валерия отдает себе отчет, что не всех встречает такой теплый прием.

– По-прежнему русский ассоциируется тут с человеком в ушанке, который с набитой сумкой мчится на стадион или возвращается оттуда.

Валентина обращает внимание на то, что после 10-летнего перерыва, когда в школах перестали преподавать русский язык, наступило прозрение.

– Выпускники видят, что мы не собираемся строить социализм – ни у себя, ни у вас. В последние несколько лет русскому языку научились не только горцы в Закопане, но и французы в Альпах, - делится наблюдениями Валентина. А от этого уже только один шаг к возрождению интереса к русской культуре. Впрочем, этот процесс в Польше уже начался. На три концерта, которые Валя организовала вместе с Обществом сотрудничества «Польша-Восток» в конце прошлого года, пришло много поляков. Среди них было немало знакомых, и это радует госпожу председатель.

– Это совсем не значит, конечно, что все поляки серьезно относятся к Востоку. Но важно, чтобы люди сами дозревали, чтобы это не стало модой, идущей с Запада, подобной той, которая в свое время была в Америке на серп и молот, - говорит Валентина. Лена жалеет о том, что россияне в Польше не объединены.

– Посольство не организовывает никаких встреч, собственно, не поддерживает никаких контактов с соотечественниками, живущими в Варшаве. Правда, я слышала о каком-то обществе, но не дошла до него, - говорит она. Собственно, на развлечения у нее нет времени. В кино до последнего времени не ходила, сейчас уже начинает, потому что дочь подросла уже настолько, что для нее есть фильмы. Книг почти не читает, ее единственное чтение – законы. Они стали ее основным занятием и хобби. Мужу это не мешает.

– Когда я занята, меня нет. Говори и делай все, что хочешь, только бы ребенок не плакал, - смеется Лена.

По мнению Валерии, культурные связи между нашими народами укрепляются. В Польше можно увидеть выступление российского балета, польские артисты снова играют в российских фильмах. Она – оптимистка в том, что касается будущего отношений между русскими и поляками.

– У нас говорили: «Курица не птица, Польша не заграница».

"Trybuna", 12 марта 2004 г. NEW WARSAW CITY
Александра Лазухевич и Томаш Домбровски

(публикуется с сокращениями)

_____________________________________________________________

На вопрос, сколько россиян проживает в Польше, трудно ответить. В прошлогодних выборах в Государственную Думу на избирательном участке, организованном Посольством РФ, голосовало 3 тысячи граждан России. На основании соответствующих разрешений, выданных в 1991-2003 годах, Управление по делам репатриации и иностранцев оценивает, что их количество приближается к 10 тысячам. Имеется в виду как легальное пребывание (преимущественно двухлетнее), так и постоянное поселение. – Вопреки некоторым представлениям россияне не создают больших проблем с точки зрения легальности пребывания. Даже когда в 2003 году мы объявили аболицию, из 3 357 заявлений о легализации пребывания в Польше только 40 подали граждане России, - говорит Ян Венгжин, генеральный директор Управления.


Вернуться на главную страницу
 

 

Copyright © Wspólnota Rosyjska.
Wszelkie prawa zastrzeżone